|
 |
Попы звонили в колокола под зелеными куполами потревоженных церквушек, а рядом, в помещении школ, с выбитыми ружейными пулями стеклами, пели революционные песни.
Нет, задохнешься в такой стране и в такое время.
Ну ее к дьяволу! Миф.
Миф Петлюра.
Его не было вовсе.
Это миф, столь же замечательный, как миф о никогда не существовавшем Наполеоне, но гораздо менее красивый.
Случилось другое.
Нужно было вот этот самый мужицкий гнев подманить по одной какой-нибудь дороге, ибо так уж колдовски устроено на белом свете, что, сколько бы он ни бежал, он всегда фатально оказывается на одном и том же перекрестке.
Это очень просто.
Была бы кутерьма, а люди найдутся.
И вот появился откуда-то полковник Торопец.
Оказалось, что он ни более ни менее, как из австрийской армии... - Да что вы? - Уверяю вас.
Затем появился писатель Винниченко, прославивший себя двумя вещами - своими романами и тем, что лишь только колдовская волна еще в начале восемнадцатого года выдернула его на поверхность отчаянного украинского моря, его в сатирических журналах города Санкт-Петербурга, не медля ни секунды, назвали изменником.
И поделом... - Ну, уж это я не знаю.
А затем-с и этот самый таинственный узник из городской тюрьмы.
|
|
|
|
|
